Электронная библиотека учебников
Главная arrow История педагогики (История образования и педагогической мысли) (Латышина Д.И.) arrow § 1. Жизнь и педагогическая деятельность К.Д. Ушинского
Скачать учебники
Анатомия / Физиология
Астрономия
Аудит
Банковское дело
БЖД
Бизнес-планирование
Биология
Биофизика
Биохимия
Бухгалтерский учёт
Бюджетная система
Военное дело
География
Делопроизводство
Демография
Журналистика
Зоология
Инвестиции
Информатика
История
История экономики
Коммерция
Культурология
Логика
Логистика
Макроэкономика
Маркетинг
Математика
Медицина
Менеджмент
Микроэкономика
Мировая экономика
Налогообложение
Организация производства
Отраслевая экономика
Педагогика
Политология
Правоведение
Психология
Реклама / Branding / PR
Социальная работа
Социология
Статистика
Страхование
Управленческий учёт
Физика
Философия
Финансовый анализ
Финансовый менеджмент
Финансовый отчёт
Финансы / Кредит
Ценные бумаги
Экология
Эконометрика
Экономика (разное)
Экономика предприятия
Экономика регионов
Экономика труда
Экономический анализ
Этика / Эстетика


banner
§ 1. Жизнь и педагогическая деятельность К.Д. Ушинского

§ 1. Жизнь и педагогическая деятельность К.Д. Ушинского

   Константин Дмитриевич Ушинский (1824—1870) родился 2 марта в г. Туле в небогатой дворянской семье. Рос и воспитывался в г. Новгороде-Северском Черниговской губернии. Ему не было еще двенадцати лет, когда умерла мать, а отец после смерти матери почти не бывал дома, так что жил он вдвоем с младшим братом на хуторе, куда никто не заглядывал. Об этом писал Ушинский в своих воспоминаниях.
   До 11 лет мальчик обучался дома, а потом он поступил в третий класс гимназии. Вот как описывает внешний вид и обстановку в гимназии К.Д. Ушинский:
   «Это было длинное, низкое, почерневшее здание с будочкой наверху. Оно походило больше на паровую винокурню, чем на храм науки: окна в старых рамах дрожали, подгнившие полы, залитые чернилами, скрипелии прыгали, двери притворялись плохо, облезшие длинные старые скамьи были изрезаны и исписаны многими поколениями гимназистов. Чего только не было на этих скамьях! Портреты учителей, бесчисленные изречения... В низших классах бывало так душно, что новенький учитель долго морщился и отплевывался, прежде чем начинал свой урок...
   Непритязательный внешний вид гимназии сочетался с особенной атмосферой, царившей в ней. Она характеризовалась духом демократизма и товарищества, уважения к наукам и стремления к знаниям, и все это было возможно благодаря педагогам гимназии... Плохо было это здание, но мне жаль его, как жаль первых и живых снов своей детской жизни».
   Большое влияние на гимназистов и их учителей имел Илья Федорович Тимковский, который жил в своем имении возле Новгорода-Северского. Раньше Тимковский читал в Московском университете курсы истории, всеобщей словесности, российского законоведения. Будучи доктором права и философии, он оставил по состоянию здоровья университет и стал директором гимназии в Новгороде-Северском; как раз в эти годы в ней учился Ушинский.
   Илье Федоровичу Тимковскому гимназия была обязана тем, что в ней утвердилось уважение к науке. В своих выступлениях он проникновенно говорил о великой миссии науки для человечества, о роли ее в нравственном прогрессе общества, о радости познания. Такое же благотворное влияние на гимназистов оказывали и другие педагоги, так же трепетно относившиеся к науке.
   И еще одно важное обстоятельство оказало влияние на развитие Ушинского. Он жил в 4 верстах от гимназии и ежедневно пешком проходил в школу и обратно около 10 километров. На впечатлительного юношу природа оказывала огромное воздействие. Он сам писал впоследствии, что природа, прекрасные окрестности города, душистые овраги и колыхающиеся поля тоже были воспитателями, а день, проведенный ребенком в роще и поле, стоит многих недель, проведенных на учебной скамье.
   История — один из любимых предметов Ушинского в гимназии. Уже в эти годы он много читает и занимается самостоятельно. Стремление к самообразованию станет впоследствии одной из самых характерных черт его личности. А в гимназические годы он с увлечением читает книги из библиотеки отца, участника Отечественной войны 1812 г., воспитанника Московского университетского благородного пансиона.
   Источником знаний о жизни служило постоянное общение с крестьянскими детьми; перед его глазами был крестьянин с его нищетой и бесправием и с нескончаемым тяжелым трудом.
   Так складывается взгляд молодого человека на мир, намечаются жизненные устремления.
   В возрасте 16 лет Костя Ушинский, окончив гимназию, отправляется с двумя товарищами в Москву для поступления в университет. Дальняя это была дорога — почти полмесяца добирались они на лошадях. Пройдя испытания, Ушинский в 1840 г. становится студентом юридического факультета Московского университета.
   Атмосфера в университетах этого времени была такой. Университетским уставом 1835 г. было отменено право выбора профессоров, они назначались самим министром. Через инспекторов университетов учреждался надзор за каждым студентом; если студент казался подозрительным, то предлагалось установить наблюдение и за его знакомыми. Историю философии могли преподавать только профессора богословия; позже преподавание истории философии, так же как и преподавание государственного права, было запрещено совсем.
   Но Московский университет в эти годы выстоял. В нем преподавали профессора, имевшие огромное влияние на молодое поколение: Т.Н. Грановский, П.Г. Редкин, К.Ф. Рулье. «Ваше предназначение в том, чтобы быть полезными гражданами, деятельными членами общества» (из лекции Т.Н. Грановского).
   «Ничто не доставляет уму человека того несравненного ни с чем наслаждения, как занятия наукой, то есть добывание истины, добывание знания» (П.Г. Редкин).
   Состав студентов университета в 40-е гг. был пестрым. «Студенты-аристократы, любившие пускать пыль в глаза французскими фразами, рысаками, франтовскими мундирами и модными затеями, страшно боялись Ушинского, которого остроты попадали очень метко», — вспоминал его однокурсник. Эти молодые люди занимались «между прочим». Значительная часть студентов была из разночинцев и обедневших дворян, которым необходимо было выучиться, чтобы зарабатывать себе на жизнь. Поэтому и отношение к занятиям у них было серьезное.
   Огромная работоспособность, усидчивость, прямота и искренность, независимость характера были присущи Ушинскому-студенту. Его выделяли среди товарищей легкость и быстрота понимания сложных научных понятий, критическое' отношение к различным теориям, самостоятельность суждений.
   Как и большинство других студентов, он вынужден был зарабатывать деньги частными уроками; но он видел, что не подготовлен к профессии учителя: «Нужно оставить приватные уроки! Но существовать на что?.. Проклятая бедность!»
   В 1844 г. Ушинский блестяще окончил университет; на него обратил внимание попечитель Московского учебного округа граф С.Г. Строганов и предложил ему место профессора в Ярославском Демидовском лицее. В течение двух лет Ушинский, зарабатывая на жизнь себе и младшему брату уроками, продолжал серьезные занятия наукой. Все дни недели расписаны им по минутам: в 4 ч — встает; с 5 до 8 — готовится к предстоящему магистерскому экзамену; потом — уроки; после обеда — «читать для ума», писать в журнал, готовиться к урокам. И так вся неделя; только в воскресенье подъем в 6 ч. На сон — 6—7 часов.
   Ушинский составляет для себя своеобразный кодекс поведения, который он записал в дневнике:
   «Рецепт
   1. Спокойствие совершенное, по крайней мере, внешнее.
   2. Прямота в словах и поступках.
   3. Обдуманность действия.
   4. Решительность.
   (... )
   6. Не проводить времени бессознательно; делать то, что хочешь, а не то, что случится.
   (... )
   9. Ни разу не хвастаться ни тем, что было, ни тем, что есть, ни тем, что будет.
   Никому не показывать этого журнала».
   В эти же годы он много размышлял о своем долге перед народом, о цели и смысле жизни: «Приготовлять умы! Рассеивать идеи'.. Вот наше назначение... Отбросим эгоизм, будем трудиться для потомства! Пробудим требования, укажем разумную цель, откроем средства, расшевелим энергию, — дела появятся сами... Пренебрегая насмешками, вытерпевая гонения, жертвуя всем... наслаждениями семейства, почестей, славы, богатства, не убегая туда. где живут счастливее, отказавшись совершенно от самих себя — работать для потомства»1. Так определил свой жизненный путь молодой Ушинский. И следовал ему до конца своих дней.
   В 1846 г. Ушинский начинает трехлетнюю работу в Ярославском Демидовском лицее, читая в нем курс камеральных наук, включавших в себя гражданское право, основы политэкономии, науки о финансах, элементы истории и философии. Уже в первой своей лекции молодой лектор говорил о свободе личности, о том, что общество должно обеспечить ей такуювозможность, о большой ответственности молодого поколения за будущее общества. На других лекциях он ставил проблему создания правового государства, в котором не было бы произвола и насилия.
   Демократическая часть лицеистов восторженно принимала своего профессора, «студенты увлекались настолько, что не слышали звонка, так же как и сам лектор. Бывало часто так, что уже давно около дверей стоит другой профессор, и когда его терпение истощится, он обратится к Ушинскому, что пора заканчивать, а то он уйдет; тогда Ушинский смущенно просит извинения и выбегает из аудитории, провожаемый громом аплодисментов очарованных его речью студентов».
   Администрацию лицея стала настораживать эта популярность, основанная на идеях свободолюбия. Попечитель лицея, давая отзыв об Ушинском как имеющем «большие дарования», тут же отметил, что он оказывает большое влияние на студентов и за ним необходимо «иметь постоянное наблюдение». В это время от профессоров университетов и Демидовского лицея также стали требовать на просмотр начальству подробные планы лекций, цитаты различных авторов, точное распределение по часам всего курса лекций, против чего протестовал Ушинский. Все это создавало представление о нем как о беспокойном элементе в лицейской жизни. А тут еще были заменены директор и инспектор лицея и министерством внесено предложение администрации заменить ряд преподавателей лицея более надежными людьми. Ушинский вынужден был подать директору лицея прошение об увольнении ввиду «необходимости поездки в Петербург или Москву для совещания с медиками о болезни».
   Через несколько месяцев после увольнения Ушинского в Петербург из Ярославля была отправлена губернатором депеша:
   «Министерство внутренних дел.
   Начальник Ярославской губернии...
   Конфиденциально.
   Господину товарищу министра народного просвещения.
   Обращаясь к прошедшему времени (не более полугода тому назад), я находил: в студентах лицея большое своеволие, а в начальниках их нечто похожее на потачку... Впрочем, отзыв этот... следует отнести исключительно к профессорам Ушинскому и Львовскому, которые подали слишком невыгодное о себе понятие за свободу мыслей и передачу оных воспитанникам лицея... Хотя в настоящее время Ушинский и Львовский переведены в другие места, но не остался ли в этом заведеиии, хотя в самой малой мере, дух своеволия, тем паче непокорности начальству...»
   Вот она истинная причина увольнения, вот он тот дух, атмосфера, которые насаждались в учебных заведениях официальными властями.
   К.Д. Ушинский оказался в тяжелом положении, без средств к существованию. Он был согласен на любую, но педагогическую работу. А пока приходилось тянуть лямку чиновника в Петербурге.
   Но были в эти годы и радостные события. В 1851 г. он женится на подруге своего детства Надежде Дорошенко.
   Так жизнь в душе моей проснулась.
   Призыву милому откликнулась она,
   Весельем сердце встрепенулось,
   И снова счастьем грудь полна,
   И нет тоски, и убежало горе,
   И снова цель видна
   В безбрежном море...
   Это отрывок из стихотворения Ушинского, записанного в ее альбом. Над ним она написала: «Я согласна».
   Вернувшись в Петербург, Ушинский, кроме своей чиновничьей работы, сотрудничает в журнале «Современник», в журнале «Библиотека для чтения», публикует свои литературные произведения.
   1855—1859 гг. — время увлеченной деятельности Ушинского в Гатчинском сиротском институте в качестве преподавателя словесности, а позже — инспектора классов.
   Этот период отмечен любопытным эпизодом в жизни Ушинского. В Гатчине долгое время инспектором классов был выдающийся педагог Егор Осипович Гугель. Он вел поиск новых принципов, методов воспитания, опубликовал множество работ об умственном развитии детей. Но в 40-е гг., когда Николай I мечтал превратить всю Россию в казарму, где самостоятельное мышление представлялось опасным для государства, его идеи не были поддержаны учебным начальством.
   Ко времени прихода Ушинского в Гатчинском институте о Гугеле почти забыли и вспоминали о нем как о чудаке-мечтателе. Этот чудак, в конце концов заболевший душевным расстройством, оставил в институте два шкафа с книгами. Лет двадцать стояли они запечатанными, к ним боялись прикасаться из-за того, что случилось с их хозяином.
   Когда же Ушинский открыл шкафы, он нашел там редкое собрание педагогических сочинений. «Этим двум шкафам я обязан в жизни оченьмногим, от скольких бы грубых ошибок был избавлен я, если бы познакомился с этими шкафами прежде, чем вступил на педагогическое поприще!..»
   В Гатчинском институте, где дети воспитывались с малолетства, Ушинский провел большие преобразования в учебной работе, имел большое влияние и на постановку воспитания.
   В эти годы КД. Ушинский продолжает сотрудничество в литературных журналах «Современник» и «Библиотека для чтения», публикует в них свои статьи. «Поездка за Волхов» и «Труды Уральской экспедиции» (1852—1853) интересны тем, что в них уже видна идея, которая станет основной в педагогике Ушинского — идея народности и родного языка. В «Журнале для воспитания» были опубликованы его статьи «О пользе педагогической литературы», «Три элемента школы», «О народности в общественном воспитании». Имя Ушинского становится известным среди педагогов.
   1859—1862 гг. — деятельность Ушинского в Смольном институте благородных девиц в качестве инспектора классов, куда он пришел с планами преобразования учебно-воспитательной системы на новых принципах. И он смог за три года, преодолевая огромное сопротивление начальницы и почти всех преподавателей, произвести реорганизацию. Вот некоторые из его нововведений: уменьшение срока пребывания в нем с 9 до 7 лет; уравнивание объема знаний в «благородном» и «неблагородном» отделениях; введение отпусков девиц на каникулы к родителям; введение двухлетнего педагогического класса. Были пересмотрены учебный план и программы: введено преподавание естествознания и физики, увеличено преподавание родного языка за счет иностранных. А привлеченные для работы молодые преподаватели В.И. Водовозов, Д.Д. Семенов, Л.Н. Модзалевский, Я.П. Пугачевский и другие преобразовали и содержание, и методы обучения в Смольном. Развитие самостоятельности мышления, знакомство с жизнью, активная умственная деятельность скоро стали признаками нового способа обучения. В Смольном произошли разительные перемены.
   Не только преподаватели, но и воспитанницы быстро поняли, что новый инспектор классов резко критически относится к постановке обучения и воспитания в институте. Столкнулись два подхода, два образа мышления, две противоположные морали. Начальница — «осколок старины глубокой, особа с допотопными традициями и взглядами, с придворным высокомерием, с ханжеской моралью... и он, Ушинский — представитель новой жизни, носитель новых, прогрессивных идей, с энергией страстной натуры проводящий их в жизнь, до мозга костей демократ по своим убеждениям, считавший пошлостью и фокусами всякий этикет, всем сердцем ненавидящий формализм и рутину, в чем бы они ни прояв-лялись!» — так охарактеризует К.Д. Ушинского его ученица Е.Н. Водовозова. Ушинский был честен, правдив и принципиален и своих убеждений никогда не скрывал.
   Священник Смольного института составил клеветнический донос на него, обвиняя Ушинского в безбожии, в нарушении институтских порядков, неисполнении указаний начальства. Начальница на основе этого доноса написала императрице жалобу на Ушинского.
   Ушинскому казалось, что он без труда опровергнет клевету и докажет свою невиновность. «Несколько суток, — вспоминал Л.Н. Модзалевский, — почти не вставая, писал он обширное объяснение, значительно поседел и стал харкать кровью. Друзья серьезно были напуганы положением неповинного страдальца, которому действительно угрожала беда вместе с его семьей».
   Ушинскому было предложено подать заявление об уходе из Смольного. Ему оставили прежнее содержание и отправили в длительную командировку за границу «для изучения постановки женского образования» в Европе. Пять лет прожил он в Швейцарии, познакомился там и подружился с Н.И. Пироговым, тоже отстраненным от педагогической работы в Киевском учебном округе.
   Ушинский болезненно переживал отставку от педагогической деятельности. «Здоровье мое с каждым днем становится все хуже и хуже, и швейцарский воздух не заменит мне недостающей деятельности», — пишет он в письме к Семевскому. «Страшно становится, как подумаешь, что через год или два и остальные тоненькие связи мои с Русью порвутся, и я останусь где-нибудь в Ницце или Женеве» — тоже из письма. На его моральном и физическом состоянии сказывалась и тоска по родине, тревога за Россию; он страдает на чужбине. «Что воздух для животного, то родина для человека, хотя бы эта родина была закрыта петербургскими туманами... Что я здесь такое? Зевало без роду и без племени; заживо похороненный человек, и живу только тогда, когда забываю, где я тружусь для моей родной страны» — это выдержка из письма И.С. Белюстину.
   Ушинскому приходится все время ездить по Швейцарии, Франции, Германии, что не идет на пользу здоровью. Продолжается упорная работа по изучению западной школы, по составлению собственных проектов развития народного просвещения в России. Там же и тогда были написаны Ушинским самые знаменитые его работы: «Родное слово» (впервые издано в 1864 г.) — книги для начальной школы, «Педагогическая антропология» («Человек как предмет воспитания»), первый и второй тома которой вышли в 1868—1869 гг.
   Находясь за границей и вернувшись на родину, он много пишет и публикует свои работы, т.е. продолжает активно влиять на общественное педагогическое мнение, способствовать развитию школы. В 1867 г. Ушинский возвращается в Петербург. Нужно было определить старших детей в учебные заведения. В семье у него было шестеро детей — три девочки и три мальчика, их воспитанием и первоначальным образованием занимался сам отец. В последние годы жизни он много делает для утверждения педагогической науки, развивая новые идеи о воспитании.
   Летом 1870 г. Ушинский пережил тяжелое личное горе. Вернувшись домой после летнего лечения в Крыму, он узнал, что старший 17-летний сын Павлуша на охоте смертельно ранил себя. Его похоронили накануне приезда отца.
   После гибели сына здоровье Ушинского резко ухудшилось, поэтому он понимает, что нужно ускорить решение семейных дел. Покупает дом в Киеве, переводит дочерей из Смольного института в Киевскую гимназию.
   Осенью 1870 г. вместе с младшими сыновьями Ушинский отправился в Крым для лечения, по дороге простыл. В Одессе он скончался — 22 декабря 1870 г. Гроб с его телом был перевезен в Киев и захоронен под каштаном возле Выдубицкого монастыря.

 
< Пред.   След. >

загрузка...

Реклама
загрузка...